ENG
В Минстрое России предложили ввести дополнительные надбавки к коммунальным платежам. Деньги планируют направлять на ремонт изношенных труб, котельных и других коммунальных сетей.
Эту идею уже обсудили в Совете Федерации. Как объясняют специалисты, во многих регионах инфраструктура давно требует замены, а средств, поступающих по действующим тарифам, хватает лишь на то, чтобы поддерживать её «на плаву» в аварийном режиме. Недостающие деньги предлагают собрать с самих жителей через квитанции за отопление, воду и водоотведение.
Фактически Минстрой готовит новое повышение тарифов ЖКХ под видом «инвестиционных надбавок». Однако здесь возникает логичный вопрос к цифрам.
В прогнозе Минэкономразвития на 2027–2029 годы уже предусмотрено ежегодное увеличение выручки поставщиков тепла и воды на дополнительные 1,5% именно для модернизации инфраструктуры. То есть финансирование инвестпрограмм через тарифы уже заложено в базовые расчёты.
Кроме того, на федеральный проект модернизации коммунальной инфраструктуры до 2030 года ранее заявлялось 4,5 трлн рублей, и он был утверждён в 2024 году. Какие работы оплачены из уже выделенных миллиардов, какие выполнены и кто несёт ответственность за результат?
Конечно, износ коммунальной инфраструктуры остаётся критически высоким, что регулярно приводит к новым авариям. Но чтобы понять, как мы дошли до жизни такой, нужно вспомнить исторический контекст. Потому что немало разных СМИ написали про эту инициативу, масса людей повозмущалась, но нужно понимать, что нынешнее предложение Минстроя — не случайная бюрократическая импровизация, а закономерный итог тридцатилетней рыночной эволюции отрасли.
В Советском Союзе жильё и инфраструктура не являлись товаром. Государство и предприятия возводили их в рамках единого народнохозяйственного плана как необходимое условие обеспечения рабочей силы и развития территорий. Квартира и блага ЖКХ не были объектом извлечения прибыли.
При капитализме ситуация принципиально иная. 30 лет назад Борис Немцов начинал рыночную «реформу ЖКХ», обещая, что в результате приватизации и «конкуренции» услуги станут качественными и дешёвыми. Смысл реформы, как писали в неолиберальных учебниках, заключался в переходе к стопроцентной оплате населением, привлечении частных инвесторов и реорганизации отрасли на рыночных основаниях. Потребитель, мол, будет платить за конкретные услуги, на рынке останутся только эффективные частники, которым просто невыгодно работать плохо, а неэффективные — прогорят. Всё по классической теории «невидимой руки рынка».
Однако за три десятилетия рыночных реформ этот «эффективный частник» не накопил средств на замену советских труб, зато прекрасно накопил капиталы для вывода в офшоры и покупки недвижимости за рубежом. А когда трубы сгнили, выяснилось, что «невидимая рука рынка» работает только в одну сторону: прибыль монополист забирает себе, а издержки по восстановлению инфраструктуры перекладывает на плечи наёмных работников и пенсионеров.
(Между прочим, нынешняя политика власти иллюстрирует, что в вопросе ЖКХ между либералами и так называемыми «патриотами» нет никакой принципиальной разницы. И те, и другие отражают интересы крупного капитала. Разница лишь в риторике: одни клянутся «суверенитетом», другие — «рынком», а результат для кошелька гражданина один и тот же).
Заметьте: мы своими деньгами ремонтируем активы, которые приносят прибыль частным компаниям. В любом другом секторе это называлось бы субсидированием бизнеса за счёт беднейших слоёв населения, но в сфере ЖКХ это называется «социально оправданным тарифом».
Российский капитализм в сфере естественных монополий зашёл в тупик. Он не способен модернизировать инфраструктуру в одиночку, но и не желает расставаться с прибылью ради общего блага. А значит, выход из этого тупика — не в новых поборах с населения, а в смене самой модели развития. И это уже не экономика, а политика, в которой счёт выставляют тем, кто не хочет бороться за свои собственные интересы.
Александр Степанов