ENGСегодня партийное товарищество и единство партии, всякие оздоровления и укрепления – это последнее, о чем уместно вспоминать. «Единство партии» сегодня может держаться лишь на «палеонтологическом коммунизме» той «привыкшей состоять» ее части, для которой что начальственная дурь, что постановление съезда – все едино. Партия вполне ясно и определенно расколота. Дело, в общем-то, житейское, хоть и не радостное. Мы пока еще не впали в религиозное отношение к партии, как к телу Христову, и не стоит слово «раскол» произносить, закатив глаза в суеверном ужасе. Своеобразие этого раскола состоит в том, что в наличии имеется пока только одна вполне самоопределившаяся, сплоченная фракция, крепко нацеленная на переделку партии под себя путем скалывания с партии всего на ее взгляд лишнего – это группа Зюганова-Никитина. Она не имеет столь же организованного, идейно и финансово оснащенного оппонента, однако процесс организации противодействия зюгановско-никитинской группе пошел, и он толкает (пока) к марксизму в теории и к демократическому централизму в организации. Теоретически возможны два варианта развития событий: или достигается некая договоренность об условиях сосуществовании в партии наличных в ней позиций, или идет борьба на уничтожение. Фракция Зюганова-Никитина, очевидно, ощущает себя в силах идти по второму пути.
Тов. Зюганов, закаленный многолетним таянием актива партии и ее электората, и явно готовый к большему, судя по всему, спокоен относительно шансов у коммунистов вне КПРФ создать сильную партию. Коммунистическое движение вне КПРФ – это, действительно, какое-то броуновское движение, так что спокойствие тов. Зюганова оправданно. Но оно основано только на одном обстоятельстве – на отсутствии у покидающих КПРФ того цемента, на котором была создана КПРФ. Цемент этот – организационная инерция, которая в начале 90-х объединила человеческие осколки КПСС в КПРФ. Сегодня, правда, уже ясно, что иным «цементом», кроме упомянутого выше, КПРФ за эти годы так не обзавелась, что кризис коммунистического движения не преодолен, что коммунисты так и не пришли в себя после жестокого поражения двадцатилетней давности, что в самой КПРФ все 17 лет эксплуатировалась лишь советская ностальгия и «обида за державу», что КПРФ, рассматриваемая в контексте всей истории коммунистического движения, это лишь хоспис КПСС, которая была, мягко говоря, не только коммунистической, и не только партией.
Выборная горячка, шансы КПРФ на относительный успех в борьбе за депутатство и президентство до поры отодвигали на второй план наличие в ней не только коммунистов. Внутрипартийная политическая борьба была неизбежна. Нынешняя бюрократизация партии, разгул административного ресурса вызваны именно сосредоточением этого ресурса в руках группировки «Зюганова-Никитина и примкнувшего к ним Рашкина». Вдобавок назрела смена поколений. Нынешнее первое лицо партии уже не является объединяющей политически перспективной фигурой. Быть лидером всей партии теперь невозможно. Приходится определяться, заявлять о своих предпочтениях, принимать участие в борьбе на чьей-то стороне. Тов. Зюганов определился. Идейное будущее партии он видит в антимарксистской публицистике тов. Никитина, организационное – в погромных талантах тов. Рашкина.
Нынче всяк пророк, кто не мечтатель. Идущая «победным ленинским курсом» (так говорит Никитин) вышеупомянутая группировка – имеет некоторые шансы, если учесть не всегда в политике уместную склонность оппонентов к «единству» и ту фору, которую им, несомненно, дает Кремль. Вычистив из КПРФ коммунистов - сторонников марксизма и демцентрализма, можно, конечно, некоторое время еще побыть оппозицией, проклинающей антинародный режим, что не так уж трудно, благо, нынешняя власть утоляет свою воровскую похоть с порнографической искренностью. Однако погибель для «победителей» кроется в самом названии партии. Молодые коммунисты просто в силу интуитивного понимания фундаментальных принципов коммунизма и буквального понимания слова буквы «К» в названии партии, будут нести с собой в партию и буквальное, принимаемое за чистую монету понимание основных лозунгов и знаковых имен. Тут никаких оргкомитетов не хватит для своевременного изгнания всех, не подсевших на «русский социализм» и знаменитое никитинское «совмещение». Опять же не хватит и ставок помощников депутатов, потому как для их получения надо что-то предъявлять в торге с Кремлем. В-общем, придется-таки партию переименовывать. Оно и к лучшему. Коммунистическая шапка никак не по национал-социалистическому Сеньке.
Не самый великий марксист, но, несомненно, великий патриот и борец за национальное освобождение – Председатель Мао, - учил, что «конкретное содержание патриотизма определяется исторической обстановкой» и что «на всякой идеологии лежит классовая печать». От оценки исторической обстановки и уяснения конкретного содержания патриотизма коммунисты себя избавить не могут. Тут, однако, возможно лукавство в виде перестановки слагаемых в виде вопроса о конкретном содержании коммунизма с позиций патриотизма. Как говорит важнейшее из искусств в РФ – реклама, - почувствуйте разницу. О том, что приглашено фракцией «Зюганова-Никитина и примкнувшего к ним Рашкина» на роль этого «исходного патриотизма» уже сказано предостаточно. Благоволение наших «патриотов-государственников» к коммунизму, похоже, обусловлено исключительно тем, что при власти партии со словом «коммунистическая» в названии эта государственность действительно достигла своей исторической вершины. Однако вряд ли для коммуниста в этом состоит предел мечтаний. Не будем также строить из себя первооткрывателей триединого вопроса об отношении к верующим, об отношении к религии и об отношении к церкви. Замечу лишь, что руководители компартии выглядят, мягко говоря, диковато, умиляясь неизменной благодати, исходящей от РПЦ. Такая чушь неуместна даже по отношению к своей партии, тем более по отношению к церкви. Похоже, для фракции «Зюганова-Никитина и примкнувшего к ним Рашкина» отношение к церкви и другим организациям – это не вопрос политической тактики, а вопрос веры.
Мелкобуржуазная «общепатриотическая» размазня фракции «Зюганова-Никитина и примкнувшего к ним Рашкина» обкладывает партию и изнутри, и снаружи. Как известно, внешние соглашения имеют приоритет перед внутренними законами и иными нормативно-правовыми актами. Впору ожидать, что альянс КПРФ с «Русским ладом» тов. Никитина принудит поправить и Устав, и Программу партии. А неплохой ведь ход. В лоб переписать Устав и Программу под Никитина как-то не совсем…
Затеянное тов. Никитиным для «восстановления связи времен» (для этого, правда, как показывает опыт, например, Н.Михалкова, бывает достаточно просто осознать свое потомственное барство) «русское» издание Аненербе - это даже не национализм. Это «каша из всего, про что знаю». Это родо-племенные пляски вокруг крашеного бревна.
Национальный вопрос, русский вопрос, если он ставится не на языке волшебных сказок или гималайских философий какого-нибудь «совершенного космизма», а на языке политических, экономических, социальных категорий, подразумевает и соответствующее решение, которое достигается не игрой в «русские ладушки», а в первую очередь политической борьбой, на которой «классовая печать» лежит непременно.
Сергей Иванников
http://comstol.info