КОММЕНТАРИЙ К «ОПТИМАЛЬНОМУ РЫНКУ СКУЛКИНА»

Данная статья представляет идеи, исходящие из отрицания рыночных (частнособственнических) отношений. Поводом полемики явилась книга Скулкина М.Р. «Оптимальная модель рыночной экономики»[1].

Скулкин выделяет хозяйства (модели экономик) [1; 85, 99]:

либерально – монетаристская, ордолиберальная, институциональная, новая модель рыночного хозяйства. Иных (например, социалистических – коммунистических моделей), видимо, для Скулкина не существует, либо они не оптимальны уже по определению или вообще не рыночные.

На [1; 85]: «Мировой финансовый капитал под воздействием информационных технологий почти полностью отделился от реальной сферы производства. Виртуальная экономка породила виртуализацию финансовых рынков, что, в свою очередь, послужило основной причиной мирового социально-экономического кризиса», - отвечаем:

«Финансовый рынок - это виртуальный придаток экономики с момента появления социального обмена (т.е. обмена продуктами труда в обществе). Финансовый капитал, растущий ( как всякий капитал) за счёт своей части общественной прибыли, в данном виде капитала, от ростовщичества, дорос, наконец, в своём развитии до уровня, превосходящего уровень промышленного капитала, этим «отделился от реальной сферы производства», ибо направился, и не может быть направленным иначе как, в будущее общества, а будущее может быть только виртуальным (воображаемым). Вывод: финансовый рынок (рынок!) породил виртуальную экономику. Далее. Только реальный кризис, т.е. реальность неосуществимости виртуальных замыслов, выявила «многократность» превышения виртуального капитала над реальным производством. Но реальный кризис - это обычное явление всякой буржуазной системы, а капиталистической – тем более.

Следовательно, если зло «отделения» исходит от рынка, а кризис – зло, исходящее от системы, то устранение зла требует устранения системы, но тогда не нужен её отдельный элемент, даже оптимизированный. Но этот (рынок) элемент порождает капитализм как систему, поэтому оптимизация рынка есть улучшение капитализма. Но если считать, что три тысячи страниц «Капитала» Маркса доказали невозможность улучшения капитализма, то шестьсот страниц в защиту капитализма оптимизацией его основы явно недостаточно, хотя, как последняя попытка улучшить капитализм заслуживает Нобелевской премии.

На [1; 85] обращается внимание на «бесперспективность дальнейшего применения либерально-монетаристской модели во всём мире и, прежде всего, в России». Борцам против капитализма нужно взять этот вывод Скулкина М.Р., как окончательно правильный.

На замечание, что «правительство России самоустранилось от экономики» [1; 86] , можно ответить, что именно модель свободы торговли (рынка) не нуждается в правительстве – этом субъективном органе насилия (управления), не предусматриваемым моделью «свободы». Поэтому рекомендация в виде, что необходимо «в руках государства сосредоточить крупные финансовые ресурсы, природные богатства» [1; 99] , не имеет смысла, если не указаны дополнительные условия, а именно: общенародная (общественная) собственность на средства производства, включая землю; власть рабочего класса. Опыт всех стран показывает, что в интересах ВСЕХ членов общества (т.е. в интересах каждого) в руках государства (господствующего класса) должно быть сосредоточено ВСЁ! и земля, и средства производства, и произведённый продукт. Рыночные (капиталистические – буржуазные) отношения уже в самой своей основе требуют разрушения общего на произвольные пропорции (части). Но в одном скрыто пересечение общего и частного в буржуазном хозяйстве: в пересечении фактического и юридического владения. Фактическое владение средствами производства проявляется в процессе производства заданного продукта (в этот период фактическим владельцем средств производства становится рабочий класс, и только он! в этом его социальное значение). Юридическое (виртуальное, мнимое) владение проявляется в праве задания продукта, разрешения доступа к средствам производства, распоряжения произведённым продуктом (это право завоёвывается в борьбе за жизнь, потому безжалостной, а победитель становится господствующим классом – от имени победителя (собственным провозглашением) становится юридическим владельцем средств производства, произведённого продукта, и, следовательно, владельцем ВСЕХ средств существования общества). Сегодня порядка 60-ти семей владеют (распоряжаются) почти 90% российских богатств (в США на 100 семей приходится 90% богатств страны), представляя образец концентрации частной собственности; их наёмные менеджеры (управленцы) изображают государственный аппарат (исполняют волю своих юридических хозяев), а все остальные борются в условиях рыночной конкуренции (а она есть выражение частной собственности) за долю в оставшихся 10%, может быть, несметных богатств. Всех сегодня пугает не эксплуатация человеком человека, а личное прикосновение к шагу изменения установившегося порядка – не понимаемой их умом стабильности. И нужен гром, чтобы снять оцепенение ожидания. Неужели только выстрелы ружей и пушек являются таким громом? (Есть у Маркса напоминание, что на практические ошибки у общества найдутся ружья и пушки для их исправления.)

Выводы, которые напрашиваются по прочтении главы 2 (Необходимость разработки оптимальной модели рыночной экономики) книги Скулкина М.Р. «Оптимальная модель рыночной экономики». Рынок уже есть и все качественные факторы, перечисленные и раскрытые в главе, уже присутствуют в действительности. Поэтому оптимизация требует не комбинаций уже существующих качеств, а если говорить о качестве и количестве, то оптимизация требует их количественных оценок. И если у Скулкина этого нет, то, значит, - это невозможно, то есть поиск «оптимальной модели рынка» - пустая работа. А если улучшение рыночных отношений есть отрицание (отказ от) всех факторов рынка, то оптимизация рынка есть уничтожение рынка, борьба за нерыночные отношения, но о них у Скулкина М. Р. ни слова.

А. Кадеев

ЛИТЕРАТУРА

1.Скулкин М.Р. Оптимальная модель рыночной экономики. – Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. экон. ун-та, 2012. - 602 с.

[1] Скулкин, Михаил Романович, (1927 – 2016) - доктор экономических наук, профессор кафедры политической экономии Уральского государственного экономического университета, кавалер ордена Ломоносова.