Сталинский дважды Герой Победы

30 сентября 1895г. в селе Новая Гольчиха Костромской губернии родился выдающийся сталинский маршал, первый дважды Герой Победы Александр Михайлович Василевский, биография и годы военного восхождения которого во многом типичны для командного состава Красной Армии тех лет. Он родился в многодетной семье: отец - сначала псаломщик, потом - священник, а мать воспитывала восьмерых детей, и быт семьи привел поначалу и самого Александра в Костромскую духовную семинарию. Затем, в 1915 г. он заканчивает Алексеевское военное училище, участвует в Первой мировой войне и службу в старой армии заканчивает штабс-капитаном.

А с 1918г. Василевский уже в РККА и во время Гражданской войны командует ротой, батальоном, полком, а по ее окончанию сосредотачивается на военной службе, занимая последовательно должности начальника дивизионной школы, командира стрелкового полка, помощника начальника отдела Управления боевой подготовки РККА Приволжского военного округа. В 1937г. заканчивает Академию Генерального штаба, в 1938 г. вступает в ВКП(б), и в дальнейшем служит уже в Генштабе: с мая 1940 г. - заместитель начальника, с августа 1941 г. - начальник Оперативного управления, заместитель и первый заместитель начальника Генштаба маршала Б. Шапошникова. Постоянно проявляя свои невероятную работоспособность, деловитость, ответственность, точность и скромность при решении задач самой разной сложности, чем привлекает внимание Сталина, который всё это высоко оценил и активно содействовал служебному росту Василевского, можно сказать даже пестовал его.

Вначале частенько, когда начальником Генерального штаба был еще Б. Шапошников, он, обращаясь к Василевскому, шутил: - А теперь послушаем, что скажет «шапошниковская школа», а уже когда Борис Михайлович серьезно занемог и встал вопрос о его замене, несмотря на настойчивые и убедительные возражения скромного Василевского, Сталин 26 июня 1942 г. Приказом Ставки Верховного Главнокомандования утвердил его в должности начальника Генерального штаба. Сделав его ещё и своим замнаркома обороны, и распоряжением Ставки поручив координацию действий уже нескольких фронтов сразу, разрабатывая для них множество блестящих операций. И это были Юго-Западный, Донской и Сталинградский фронты по окружению и разгрому немецко-фашистских войск в Сталинградской битве, за что по указанию Сталина он первым в годы войны получил 18 января 1943 г. звание генерала армии, а еще через 29 дней, 16 февраля, стал уже и Маршалом Советского Союза. А далее это были Воронежский и Степной фронты в Курской битве 1943 г., Юго-Западный и Южный при освобождении Донбасса летом 1943 г., 4-й Украинский и Черноморский флот при освобождении Крыма весной 1944 г., 3-й и 4-й Украинские при освобождении Правобережной Украины. И за освобождение этой, тогда еще Советской, а не такой как ныне, Украины, наивысшая награда Советского Союза - Орден «Победа» 10 апреля 1944 г. обрела своих первых троих кавалеров из «высшего командного состава Красной Армии за успешное проведение боевых операций в масштабе одного или нескольких фронтов, в результате которых фронтовая обстановка в корне менялась в пользу Красной Армии». Которыми стали: №1- Командующий 1-м Украинским фронтом маршал Г. Жуков; № 2- Начальник Генерального штаба, координатор действий 3-его и 4-ого Украинских фронтов маршал А. Василевский; № 3 - Верховный Главнокомандующий И. Сталин.

Всего таких, красивейших и самых дорогих в мире наград было изготовлено 19 экземпляров, которые обрели 16 своих кавалеров: 11 - Советского Союза и 5 - его союзников по Победе, однако трое из Советских лауреатов удостоились такой чести дважды. И первым из них: сначала за выдающуюся координацию действий 3-го Белорусского, 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов в операциях по освобождению Белоруссии, Латвии и Литвы летом 1944 г., а после введения в Ставку Верховного Главнокомандования и назначения 18 февраля 1945г. Командующим 3-м Белорусским фронтом «За умелое выполнение заданий Верховного Главнокомандования по руководству боевыми операциями в больших масштабах, в результате которых были, достигнуты, выдающиеся успехи в деле разгрома немецко-фашистских войск» взятием Кенигсберга и овладением Восточной Пруссией стал именно Александр Михайлович Василевский, вторично награжденный «Победой» с №6 19 апреля 1945 г. 31 мая с № 10 «За взятие Берлина» таковым дважды кавалером стал Командующий 1-м Белорусским фронтом Г. Жуков, а 26 июня с № 15 «За победу над Германией» уже и сам И. Сталин.

Но на этом Великая война для Первого дважды орденоносца «Победы» еще не окончилась, и в июне 1945 г. А. Василевский назначается Главнокомандующим всеми Советскими Вооруженными Силами на Дальнем Востоке, осуществляя координацию одновременных действий трех фронтов: Забайкальского, 1-го и 2-го Дальневосточных, общей численностью 1 миллион 747 тысяч. За 9 дней под их натиском 750-тысячная Квантунская японская армия была разгромлена, а через 23 дня - Япония капитулировала. А вообще, кроме 2-х орденов «Победы», этот сталинский Маршал был еще дважды Героем Советского Союза, награжден 7-ю орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, 2-мя орденами Красного Знамени, орденами Суворова 1-й степени, Красной Звезды, 14 иностранными орденами, а также медалями. С 1946 г. А. Василевский вновь начальник Генштаба и первый заместитель Министра обороны, с 1949 г. - Министр Вооружённых Сил СССР. В 1950-53 гг. - военный министр, а в 1953-57 гг. первый заместитель и заместитель министра обороны.

Что и говорить, выдающаяся биография выдающегося человека. Но все же, как и любая другая, она всего лишь биография, и поэтому немного суха и лаконична, и дополнить, оживить, обогатить представление о человеке могут только какие-то факты из его жизни, его взаимоотношений с людьми и отношения людей к нему. И вот как оценивал и относился Маршал к двум лидерам советского государства, несмотря ни на чьи-либо «руководящие указания». Вот его оценка Сталина, с которым по роду своей работы в Генштабе он в годы войны по самым разным вопросам встречался буквально десятки раз.

«Конечно, Сталин, принимая руководство сражающимися с врагом Вооруженными Силами, не обладал в полной мере военными знаниями, какие требовались в области современного оперативного искусства. Однако решающим являлся громадный политический авторитет Сталина, доверие к нему народа, вооруженных сил. По моему глубокому убеждению, Сталин, особенно со второй половины Великой Отечественной войны, являлся самой сильной и колоритной фигурой стратегического командования. Работать с ним было интересно и вместе с тем неимоверно трудно. У Сталина была удивительно сильная память. Я не встречал людей, которые бы так много помнили, как он. Сталин знал не только всех командующих фронтами и армиями, а их было свыше ста, но и некоторых командиров корпусов и дивизий. Сталин обладал не только огромным природным умом, но и удивительно большими познаниями. Когда кончалось обсуждение, четко сформулирует выводы, подведет итог. Его заключения являлись немногословными, но глубокими по содержанию. Он никогда не прощал нечеткость в работе, неумение довести дело до конца, кого бы это не касалось, был нетерпим к малейшей неаккуратности при исполнении служебных заданий. Сталину были присущи большие организаторские способности. Он сам много работал, но и умел заставить работать в полную меру сил других, выжать из них всё, что они могли дать. Он остался в моей памяти суровым, волевым военным руководителем, вместе с тем не лишенным и личного обаяния». А вот его оценки Хрущева, отношения с которым «в военные и первые послевоенные годы были хорошими. Но они резко изменились, после того, как я не поддержал его высказывания о том, что Сталин не разбирался в оперативно-стратегических вопросах и неквалифицированно руководил действиями войск как Верховный Главнокомандующий. Хрущев не мог не знать, как был высок авторитет Ставки и Сталина в вопросах ведения военных действий, не мог не знать, что командующие фронтами и армиями с большим уважением относились к Ставке, Сталину и ценили их за исключительную компетентность руководства вооруженной борьбой».

А теперь об отношении к Василевскому самого Вождя, ведь не случайно же мы называем его сталинским Маршалом, который в период Великой Отечественной неизменно чувствовал к себе с его стороны «внимание, даже чрезмерную заботу, как мне казалось, далеко мной не заслуженные». И, скажем, в октябрьские дни битвы за Москву Сталин лично установил для него время обязательного отдыха с 4 до 10 утра, и лично проверял, выполняется ли это требование. Иногда ситуация требовала от Василевского работать и после 4-х, и тогда он хитрил, оставляя у кремлевского телефона адъютанта, который на звонки Сталина был обязан докладывать, что генерал до 10 часов отдыхает, в ответ слыша сталинское «хорошо». Такое же человеческое внимание распространялось и на близких будущему маршалу людей, и зимой 1940 г. Вождь неожиданно спросил: почему Василевский не помогает отцу-священнослужителю? Тот ответил, что с 1926 г. порвал всякую связь с родителями, что и указывал во всех анкетах, ибо иначе не служил бы в Генеральном штабе. Сталин сказал, чтобы тот немедленно установил с ними связь, оказывал им систематическую материальную помощь и сообщил об этом разрешении в парторганизацию Генштаба. И подобное же внушение сделал он Василевскому и в годы войны, что тот забыл своего отца и в трудное военное не помогает ему, на что тот дал слово исправиться. После чего Сталин подошел к сейфу, достал пачку почтовых переводов и показал маршалу: - Теперь Вы долго со мной не расплатитесь! Оказывается, Сталин каждый месяц анонимно посылал деньги отцу Василевского, а тот думал, что это от сына. Вспомнил о родителях маршала Сталин и после войны, когда мать уже умерла, а 80-летний отец жил у сестры в Кинешме. - А почему бы не взять отца, да и сестру к себе?

А в один из последних дней марта 1942 г. Сталин поинтересовался, где живет семья Василевского после эвакуации? - В отличной квартире на улице Грановского. - А где отдыхаете, когда имеется возможность? Дачи за городом нет? - Была дача Наркомата обороны, но это далеко, и часто бывать там нет возможности. На что уже через несколько дней Василевскому с супругой предложили осмотреть и получить ключи от дачи в Волынском, на берегу реки Сетунь, в 15 минутах езды на автомашине от Генштаба и Кремля и совсем близко от дачи Сталина.

Но такое бережное человеческое внимание ничуть не противоречило требовательности и жесткости Сталина в вопросах дела, что касалось и «его маршала». Так, хотя на ту полученную дачу Василевский, в силу своей загруженности, если и выбирался, то крайне редко, но однажды, оказавшись там, он чуть задержался и не успел вовремя выехать, на что немедленно раздался звонок Сталина: - Товарищ Василевский, Вы не успели обжиться на даче, а уже засиделись там. В рабочее время Вы должны быть в Генштабе. А один серьезный дисциплинарный казус случился с ним и на фронте, когда, находясь 17 августа 1943 г. на передовой, он получил телеграмму следующего содержания: «Маршалу Василевскому. Сейчас уже 3 часа 30 минут 17 августа, а Вы еще не изволили прислать в Ставку донесение об итогах операции за 16 августа и о Вашей оценке обстановки. Я давно обязал Вас как уполномоченного Ставки обязательно присылать в Ставку к исходу каждого дня операции специальные донесения.16 августа является первым днем важной операции на Юго-Западном фронте. И Вы изволили забыть о своем долге перед Ставкой. Последний раз предупреждаю Вас, что в случае, если Вы хоть раз ещё позволите забыть о своем долге перед Ставкой, Вы будете отстранены от должности начальника Генерального штаба и будете отозваны с фронта». Телеграмма эта, конечно, страшно потрясла Василевского, ибо за все годы военной службы он не получил ни одного, даже мелкого замечания в свой адрес, но 16 августа, находясь в войсках, он действительно на несколько часов задержал очередное сообщение. На что абсолютно точный Сталин пытался связаться с ним по телефону, а когда это ему не удалось, он продиктовал текст такой вот телеграммы. Но это был Сталин, и таким категоричным в отношении требований к дисциплине он был ко всем.

А работать с ним всё равно, как вспоминал Василевский, было трудно, но интересно. Например, когда, в начале 1943 г. Сталин принимал решение о введении погон и попросил Василевского найти и принести погоны, какие тот носил в царское время, а потом они долго обсуждали, какими они должны быть для офицеров Советской армии. Или когда Василевский подготовил проект Приказа, в котором были слова: - Вечная память Героям. А Сталин прочитал и сказал: - «Память» отдает церковным, давайте, заменим, на «Слава», и в Приказе Верховного Главнокомандующего впервые появились слова: - Вечная Слава Героям, павшим за свободу и независимость нашей Родины! А однажды Вождь, зная Василевского уже много лет и высоко ценя его, сказал в его адрес так: - Товарищ Василевский, Вы вот такой массой войск руководите, и у Вас это неплохо получается, а сами, наверно, и мухи никогда не обидели. И это было сущей правдой: выдающийся сталинский Маршал в жизни всегда был скромным, спокойным, глубоко человечным. И вот как он оценивал себя лично: - Не всегда легко оставаться спокойным и не повысить голос. Но сожмешь, бывало, до боли кулаки и смолчишь, удержишься от ругани и окрика. Умение вести себя в отношении подчиненных с достоинством - непременное качество советского военачальника.

Таким он был - Маршал Советского Союза Александр Михайлович Василевский. За что пользовался огромным уважением и любовью в армии и народе. И за это ему, как в том сталинском Приказе, в День сталинской конституции, 5 декабря 1977 г. и скончавшегося, Вечная слава!

Геннадий ТУРЕЦКИЙ