ENG
Феноменальные, то есть необычные, редкие, особенные явления могут встречаться в разных сферах. Когда речь идет о человеке, то под феноменальной личностью подразумевают человека, отличающегося какими-то выдающимися способностями, чертами, талантами. Из символьной архетипики следует, что у любого феномена-человека есть высший и низший (плюсовой и минусовой) аспекты. Важно, чтобы на мысленной шкале, соединяющей оба этих полюса, человек видел весь диапазон разделяющих черт и делал свободный, осознанный выбор, где ему находиться относительно средней, нулевой отметки.
Владимир Вольфович Жириновский безусловно является феноменальной личностью. Таким его сделали природный ум, высокая трудоспособность, желание учиться и полученное им широкое образование. Однако пользовался ли он своими способностями на благо общества? В преддверии 80-летия Владимира Вольфовича (род. 25 апреля 1946 г.), в Москве, в Центральном выставочном зале открылась выставка, посвященная его жизненному пути и становлению как политика.
Поражают помпезность, с которой ЛДПР, Госдума и наверняка бюджет страны представили на выставке этот путь, и размах, с которым средства массовой информации освещают юбилей этого человека. Удивляют и объемы затрат на данный юбилей – от дорогой аренды на две недели большого выставочного зала в центре Москвы до видеороликов с записями речей Жириновского, показываемых на многих центральных каналах ТВ, содержащих то юмористические, то «прогнозно-пророческие» эпизоды его выступлений.
Как атмосфера празднования юбилея Жириновского, так и эта выставка в Манеже, послужившая поводом к написанию настоящей статьи, производят впечатление явной нескромности и чрезмерности. Впрочем, это органично – Владимир Вольфович и при жизни не отличался большой скромностью, в 2018 году он говорил о себе как о втором человеке в государстве (после Путина) в плане значимости, влияния, популярности и доверия.
Попытаемся же по возможности объективно оценить эту личность по шкале феномена, проложенной между высшими и низшими вершинами его деятельности, опираясь на факты биографии юбиляра, подробно отраженные на стендах выставки. Или, говоря словами Остапа Бендера, выяснить, а был ли покойный нравственным человеком?
Какими же красками организаторы мероприятия рисуют образ Жириновского, каким хотят запечатлеть его в народном сознании?
Владимир Вольфович вырос в Алма-Ате при не вполне обычном семейном раскладе – он был младшим из шести братьев и сестер, никогда не видел своего отца и носил фамилию матери – Жириновской (Макаровой) Александры Павловны (которую, как подчеркивают создатели выставки, наш герой очень любил). В свою очередь, мать носила фамилию первого мужа, умершего в 1944 году, от которого, собственно, и имела пятерых старших детей. А вторым мужем и отцом Владимира Вольфовича являлся Вольф Эйдельштейн, прежде крупный коммерсант с Западной Украины, лишившийся собственности и высланный в Казахстан после присоединения региона к СССР в 1939 году. Весной 1946 года отец Владимира Вольфовича оставил семью и перебрался в Польшу (якобы был депортирован туда из-за отсутствия советского гражданства), откуда уже в 1949 году переехал в Израиль, где и жил до самой смерти в 1983 году.
Эту странную жизненную завязку организаторы выставки эксплуатируют как могут. По словам Жириновского, детство он провел в бедности и тоске по отцу. И уже с тех пор он понимал свое большее предназначение, которое невозможно было реализовать в Казахской ССР, где одаренных личностей старалось ущемить, принизить окружавшее его недостаточно воспитанное и недалекое местное население. Владимир Вольфович с детства мечтал о Москве. Ему казалось, что там, в столице он найдет справедливость и истинное равноправие, которых не видел в Казахстане.
«Ужасы детства» почему-то не помешали Жириновскому в 1964 году поступить в Институт стран Азии и Африки МГУ им. Ломоносова на тюркологический факультет, который он с отличием и окончил в 1970 году. В 1965-1967 годах он параллельно посещал вечернее отделение факультета международных отношений Университета марксизма-ленинизма. В 1969 году он успел побывать на практике в Турции и влипнуть там в некое приключение, оказавшись высланным за якобы коммунистическую пропаганду. После института он еще послужил офицером Советской Армии в политуправлении штаба Закавказского военного округа (1970-1972 гг.), затем опять заочно учился и в 1977 году с отличием закончил вечернее отделение юридического факультета МГУ им. Ломоносова. По основной же трудовой деятельности он до 1975 года работал в Советском комитете защиты мира в секторе Западной Европы (организации, в годы перестройки явно занимавшейся углублением этой самой перестройки), затем (до 1983 года) – старшим инюрконсультантом Минюста СССР, а потом (до 1990 года) – в юридическом отделе издательства «Мир».
Как можно узнать из выставки, 1964-1984 годы Жириновский считал лучшими годами своей жизни, был активным и нестандартно мыслящим человеком, и, по-видимому, никогда не видел себя «рядовым». Он мечтал о «должности, которая отличалась бы масштабом: стать преподавателем или дипломатом». Еще студентом 3-го курса он написал письмо Л.И. Брежневу с предложениями реформ в сфере образования, сельского хозяйства и транспорта. Например, на транспорте он предлагал отменить билеты, убрать кассы и контролеров, высвободив людей для более полезного труда. Такая активность не приветствовалась руководством МГУ, и на студента В. Жириновского попросили обратить внимание на факультете. Позже он выдвигался в депутаты Дзержинского райсовета г. Москвы, но, имея замечания по работе в юрколлегии, скрыл это от коллектива и в результате окружная избирательная комиссия отказала Жириновскому в регистрации.
С середины восьмидесятых годов началась черная полоса. В 1985 году умерла мать. Последовали отказы во вступлении в партию, в выездах за границу, в публикациях работ. Это било по самолюбию. Он «хотел освободиться от лицемеров, лжесудей, от зла, от зависти, гонений».
Затем наступило время глубоких перемен. Этот период определили: XXVII съезд КПСС, Чернобыльская авария, вывод войск из Афганистана, отмена 6-й статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС, открывшей путь к созданию новых политических объединений. Это соответствовало его взглядам на многопартийное устройство общества. В январе 1987 года был взят курс на перестройку и гласность. Следом вышло постановление о разрешении создания совместных предприятий с иностранным капиталом.
Перестройка вовлекла Владимира Вольфовича в свой водоворот, и с 1988 года он сменил роль слушателя на роль оратора. Московский Арбат стал народной трибуной, и он нередко выступал там до поздней ночи. Выставка обращает внимание посетителей на то, что Жириновский не считал гласность необходимой и полагал, что для улучшения дел в экономике «нужно использовать мощь 300 миллионного государства, договариваться о ликвидации республик и переходе к административному делению страны на 70 губерний примерно по 4 млн. в каждой». От него в этот период был слышен лозунг: «Прекратить все революции и горбостройки!».
Далее он задумал программу создания новой, некоммунистической партии, которая будет работать в «демократической унитарной республике с президентом, думой, кабинетом министров, губерниями и тремя видами собственности: государственной, кооперативной и индивидуальной». В марте 1990 года состоялся Учредительный съезд Либерально-демократической партии Советского Союза, которая рекламировала себя как партия без тотального идеологического контроля над обществом и государством. 12 апреля 1991 года тогда еще ЛДПСС получила свидетельство о регистрации в Минюсте СССР. Это была первая в СССР некоммунистическая партия.
На этом месте стоит заметить, что Владимир Вольфович хоть и учился в Университете марксизма-ленинизма, но марксистом-ленинцем не стал, не овладел законами общественного развития, открытыми Карлом Марксом, и многие его тезисы противоречивы и не направлены в сторону исторической перспективы развития общества.
Во время предвыборной кампании на пост президента РСФСР, Жириновский активно выступал против развала страны, в августе поддержал ГКЧП, но говорил, что защищает государство, ведет имперскую политику: «Был бы царь, я защищал бы царя». Выступая в защиту государства, он в то же время выступал и «за приток иностранного капитала и гарантии неприкосновенности иностранных инвестиций, за снятие ограничений с любых видов экономической деятельности», как будто не сознавал, что это подрывает суверенитет страны. Он провозглашал лозунг «о защите русских, проживающих на территории СССР», забывая, что это нарушало принцип равноправной национальной политики, положенной в основу создания СССР, просуществовавшей к тому времени почти 70 лет и гарантировавшей жизнеспособность Союза.
Начиная с конца перестройки, когда «стало можно», он много раз заявлял, что презирает коммунистов и коммунизм – «идеологию “всемирной общаги”» – не понимая, что именно коммунисты были силой, сдерживавшей страну от распада. Именно они не давали возобладать в разных ее уголках деструктивной мощи различных националистов. Жириновский выступал против сохранения на Красной площади «трупа», много раз в публичных выступлениях давал выход своей ненависти к Ленину, Октябрьской революции, большевикам и революционерам, включая Сталина, не осознавая всего величия Ленина, да и Сталина, создавших и сохранивших для всего мира первое в мире государство с властью рабочих и крестьян – производителей всех богатств на земле. Однако мог ли сам Жириновский подняться от положения шестого ребенка у самой обычной матери-одиночки где-то на дальних окраинах страны до столичного востоковеда и юриста при восхваляемой им царской России? Ответ очевиден.
Можно предположить, что организаторы выставки, характеризуя первые шаги Владимира Вольфовича в публичной политике, заигрывают с обычными людьми, мало что понимающими в политических проблемах. Из перечисленного сегодня мало кому понравится разве что упоминание про иностранный капитал, а прочее многие посетители выставки наверняка одобрят. В их сознании останется образ живого, активного, творческого, веселого патриота.
Владимир Вольфович не только отличался неблагодарностью и склонностью к демагогии. В ходе выборов в Государственную Думу самоуверенность и нескромность чувствовались в таких его заявлениях: «Я вас не подведу», «Я вас не обману», «Я знаю, как надо», «Жириновский, или будет хуже». И что же сделала ЛДПР, победив на думских выборах 1993 года? Что вообще практически дала ЛДПР простофиле-обывателю, клевавшему на «веселые» и «народные» лозунги типа «Каждой бабе – по мужику, каждому мужику – по бутылке водки!» или на «сильные» обещания «вымыть сапоги в Индийском океане» и раз за разом голосовавшему за Жириновского? Какой-либо положительный вклад в реальную жизнь от политической деятельности ЛДПР вспомнить трудно (а был ли такой вообще?), зато легко вспоминается обратное: в острые моменты Владимир Вольфович всегда вставал на сторону разграбившего страну ельцинского режима. Так, в октябре 1993 года Жириновский смутно поддержал против Верховного Совета «меньшее зло» в лице Ельцина, в июне 1996 года призвал не голосовать за Зюганова во втором туре президентских выборов, в мае 1999 года саботировал (и лично, и всей фракцией) думское голосование за импичмент Ельцину и провалил тем самым процедуру уже на первой ее стадии. Точно такую же роль имитационной лжеальтернативы, никогда не пытающейся стать альтернативой реальной, Жириновский и ЛДПР выполняли и при Путине.
А кто в свое время был флагманом и символом превращения политической деятельности в низкопробный балаган на потеху самым маргинальным слоям населения? Сегодня ситуация деградировала до стадии, когда мы с трудом сохраняем способность с отвращением смотреть на недостойное поведение американского президента Трампа или на украинских деятелей, сделавших мат нормой и единственным смыслом своих публичных выступлений. Да и то уже почти привыкли. Но начало эпохе одичания политиков положил когда-то именно Владимир Вольфович. Надо ли напоминать о бесконечных эксцентричных или откровенно непристойных эпизодах его поведения или высказываниях об оценках национальных этносов, за которые он был объявлен «персоной нон-грата» в Казахстане, Кырзызстане, республике Коми? Он неоднократно устраивал драки в Госдуме, с женщинами в том числе, в прямом телеэфире плеснул соком и швырнул стакан в Бориса Немцова, разбрасывал в толпе народа деньги с криками: «Холопы, крепостные!», он в пьяном виде в обнимку с некими юнцами материл американского президента Джорджа Буша перед вторжением в Ирак… Кстати, насчет последнего. Что там с «великим предсказателем» Жириновским, обещавшим американскому агрессору, что иракская армия порвет его в клочья?
Да, до какого-то момента все это может быть смешно, особенно если у целевой аудитории непритязательное чувство юмора. А теперь мы вступаем в эпоху, когда для политиков становится нормой вести себя подобным образом. И, кажется, людей все больше начинает утомлять и пугать подобное скотство. Политика – не цирк; если же она таковой становится, у народов мира вряд ли есть иное будущее, кроме атомной войны или в лучшем случае нищеты в результате разрушения сложной системы современной жизни, отнюдь не рассчитанной на управление павианами.
Нет, по феноменальной шкале (от плюса к минусу) личность Владимира Вольфовича при самом объективном рассмотрении можно отнести лишь к отрицательной ее части. Так почему же вокруг Жириновского – в сущности, политически зарекомендовавшего себя лишь эпатажной пустышкой – до сих пор поднимают шум, нагнетают помпезность и выстраивают почти что культ его личности? Память у людей сегодня короткая, и даже какой-нибудь Навальный*, умерший лишь пару лет назад, не интересует ныне и своих либеральных сотоварищей. Попробуем выдвинуть пару предположений для ответа на данный вопрос.
Во-первых, ЛДПР за минувшие десятилетия стала важной деталью российского политтехнологического механизма, и, наверное, президентской администрации было бы жалко перекраивать всю систему под отсутствие ЛДПР. Когда-то говорили, что умри Жириновский – и развалится его партия. В реальности, как видим, ЛДПР жива и бодра, но для этого дирижерам российской политики нужно удерживать в мире живых хотя бы призрак Владимира Вольфовича. А во-вторых, о Жириновском давно ходили слухи как о проекте той части КГБ, что стремилась к ликвидации социализма в СССР и переводу страны на капиталистические рельсы. Если присмотреться к советскому этапу биографии Жириновского, который изложен в данной статье неспроста, то можно заметить целый ряд специфических зацепок этого рода – весьма примечательный папа (а точно ли его выпустили в Израиль просто так?), востоковедение, эпизод с выдворением из Турции, место военной службы, своеобразные конторы вроде упомянутого Советского комитета защиты мира, ну и, наконец, сам факт создания первой после КПСС официальной политической партии в стране. Поскольку же и нынешний президент – тоже представитель той самой антисоветской части КГБ, то не будет большой фантазией предположить, что создаваемый сегодня культ Жириновского – форма благодарности коллеге, который столько лет способствовал удержанию России на капиталистическом пути ее существования… А организация выставки на таком уровне и юбилейные празднования оказывается согласованы и одобрены президентом страны. Ведь еще 6 ноября 2024 года Владимир Путин подписал указ о проведении 25 апреля 2026 года торжеств на государственном уровне в честь 80-летия со дня рождения Владимира Жириновского (1946-2022)! Путин распорядился создать организационный комитет по подготовке и проведению мероприятия и назначил ответственным председателя Госдумы Вячеслава Володина. Вот так!
А есть ли за что благодарить Жириновского не российской власти, а российскому народу? Вопрос риторический.
Татьяна Животова,
Александр Хайфиш
ОТ РЕДАКЦИИ: как пишут журналисты в таких случаях - «без комментариев». Просто иллюстрация: сегодня Владимир Путин и Вячеслав Володин лично (!) посетили (освятили?) сию выставку.
* - признан экстремистом и террористом