ENG
Интересны мысли на эту тему Е.А Чистякова из Таганрога. Для начала приведу его оценку подобных авторов;
«…Я имею в виду поверхностное суждение о коренных проблемах жизни общества, неумение исходить из того, что быт определяет сознание, преобладание личных ощущений над логическим мышлением. Вот кажется твёрдо убеждённому товарищу, что если такие, как он, крепкой рукой поведут трудящихся к социализму, то у них непременно получится - и всё тут. В полном объёме иметь представление о материальной базе социализма не обязательно, главное - строгость, решительность и принципиальность. В этом залог успеха. Я бы предложил назвать такое явление коммунопримитивизмом…»
«…В предисловии к «Коммунистическому манифесту» Ф. Энгельс так сформулировал открытый К. Марксом основной закон общественного развития:
«В каждую историческую эпоху преобладающий способ экономического производства и обмена и необходимо обуславливаемое им строение общества образуют основание, на котором зиждется политическая история этой эпохи и история её интеллектуального развития…». То есть всё, начиная от нравов и порядков в обществе, до появления классов и классовых противоречий в нём, вырастает из этого основания, или базиса. Причем основу базиса составляет способ экономического производства и обмена. Им формируется строение общества, которое имеет такое громадное воздействие на жизнь людей…».
То есть, развитие и изменение экономического базиса («способа экономического производства и обмена») определяет характер развития и изменения общественной надстройки («строения общества»). Это означает, что «строение общества» при социализме, основанном на экономическом базисе общественной собственности на средства производства, резко отличается во всех сферах, включая государственный аппарат, от «строения общества» при капитализме, основанном на экономическом базисе частной собственности. А это означает, что главные причины отката из социализма в капитализм следует искать не в общественной надстройке, а в том, как шло развитие и изменение экономического базиса в СССР.
Человечество – это живой организм, который по мере наращивания своих мускулов – производительных сил – революционно меняло свои производственные отношения (экономический базис своей жизни), а в соответствии с ними и прочие отношения между людьми (общественную надстройку).
Но посмотрим на дальнейшие рассуждения Чистякова:
«…Поэтому В. И. Ленин громадное внимание уделял изучению строения общества. Им написана такая фундаментальная книга, как «Государство и революция» … Через всё её содержание красной нитью проходит мысль о том, что старый государственный аппарат необходимо сломать и на его месте создать новый аппарат власти…»
То есть Чистяков вместо анализа взаимосвязи между развитием и изменением экономического базиса и соответственно - надстройки рассматривает только такую составную часть надстройки как государственный аппарат. Посмотрим, куда его это приведёт. Но прежде подчеркну, что целью замены старого государства класса буржуазии на новое государство рабочего класса было создание нового общества без паразитов – эксплуататоров на основе общественной собственности.
Но Чистяков утверждает другое:
«…Вывод, к которому пришли К. Маркс, Ф. Энгельс и В.И. Ленин заключается в следующем – паразитизм и отчуждение - неотъемлемое свойство любого государства».
Это выдумка Чистякова. Маркс, Энгельс и Ленин считали нужным сломать буржуазный капиталистический государственный аппарат «паразитизма и отчуждения» именно для того, чтобы создать, взамен этого «паразита», совершенно новый рабочий социалистический государственный аппарат, способный работать без всякого «паразитизма и отчуждения». Читаем «Государство и революция»:
«…Чиновничество и постоянная армия, это - "паразит" на теле буржуазного общества, паразит, порожденный внутренними противоречиями, которые это общество раздирают, но именно паразит, "затыкающий" жизненные поры…
Свергнуть капиталистов, разбить железной рукой вооруженных рабочих сопротивление этих эксплуататоров, сломать бюрократическую машину современного государства - и перед нами освобожденный от "паразита" высоко технически оборудованный механизм, который вполне могут пустить в ход сами объединенные рабочие, нанимая техников, надсмотрщиков, бухгалтеров, оплачивая работу всех их, как и всех вообще "государственных" чиновников, заработной платой рабочего.
…Полная выборность, сменяемость в любое время всех без изъятия должностных лиц, сведение их жалованья к обычной "заработной плате рабочего", эти простые и "само собою понятные" демократические мероприятия, объединяя вполне интересы рабочих и большинства крестьян, служат в то же время мостиком, ведущим от капитализма к социализму. Эти мероприятия касаются государственного, чисто-политического переустройства общества, но они получают, разумеется, весь свой смысл и значение лишь в связи с осуществляемой или подготовляемой "экспроприацией экспроприаторов", т. е. переходом капиталистической частной собственности на средства производства в общественную собственность…
"Коммуна - писал Маркс - должна была быть не парламентарной, а работающей корпорацией, в одно и то же время и законодательствующей, и исполняющей законы"...
Посмотрите на любую парламентскую страну…: настоящую "государственную" работу делают за кулисами и выполняют департаменты, канцелярии, штабы. В парламентах только болтают со специальной целью надувать "простонародье"...
Продажный и прогнивший парламентаризм буржуазного общества Коммуна заменяет учреждениями, в коих свобода суждения и обсуждения не вырождается в обман, ибо парламентарии должны сами работать, сами исполнять свои законы, сами проверять то, что получается в жизни, сами отвечать непосредственно перед своими избирателями. Представительные учреждения остаются, но парламентаризма, как особой системы, как разделения труда законодательного и исполнительного, как привилегированного положения для депутатов, здесь нет…
Об уничтожении чиновничества сразу, повсюду, до конца не может быть речи. Это - утопия. Но разбить сразу старую чиновничью машину и тотчас же начать строить новую, позволяющую постепенно сводить на нет всякое чиновничество, это… прямая, очередная задача революционного пролетариата…
Мы не утописты. Мы не "мечтатели" о том, как бы сразу обойтись без всякого управления, без всякого подчинения; эти анархистские мечты, основанные на непонимании задач диктатуры пролетариата, в корне чужды марксизму и на деле служат лишь оттягиванию социалистической революции до тех пор, пока люди будут иными. Нет, мы хотим социалистической революции с такими людьми, как теперь, которые без подчинения, без контроля, без "надсмотрщиков и бухгалтеров" не обойдутся… Специфическое "начальствование" государственных чиновников можно и должно тотчас же, с сегодня на завтра, начать заменять простыми функциями "надсмотрщиков и бухгалтеров", функциями, которые уже теперь вполне доступны уровню развития горожан вообще и вполне выполнимы за "заработную плату рабочего".
Организуем крупное производство, исходя из того, что уже создано капитализмом, сами мы, рабочие, опираясь на свой рабочий опыт, создавая строжайшую, железную дисциплину, поддерживаемую государственной властью вооруженных рабочих, сведем государственных чиновников на роль простых исполнителей наших поручений, ответственных, сменяемых, скромно оплачиваемых "надсмотрщиков и бухгалтеров" (конечно, с техниками всех сортов, видов и степеней) - вот наша, пролетарская задача, вот с чего можно и должно начать при совершении пролетарской революции. Такое начало, на базе крупного производства, само собою ведет к постепенному "отмиранию" всякого чиновничества, к постепенному созданию такого порядка, - порядка без кавычек, порядка, не похожего на наемное рабство, - такого порядка, когда все более упрощающиеся функции надсмотра и отчетности будут выполняться всеми по очереди, будут затем становиться привычкой и, наконец, отпадут, как особые функции особого слоя людей…
Вот какое государство, вот на какой экономической основе, нам необходимо. Вот что даст уничтожение парламентаризма и сохранение представительных учреждений, вот что избавит трудящиеся классы от проституирования этих учреждений буржуазией».
Ленин вопросы улучшения работы государственного аппарата увязывает с развитием «экономической основы» и подчёркивает, что изживание пороков старого чиновничьего аппарата не может произойти сразу, поскольку рабочей власти требуется время для развития производительных сил и повышения, на этой основе, грамотности рабочих и крестьян, чтобы заменить ими чиновников, оставшихся от старого эксплуататорского буржуазного государства.
Далее Чистяков чтобы доказать: «паразитизм и отчуждение свойственны государственным служащим» и рабочего государства,- опять ссылается на Ленина:
«…В.И. Ленин цитирует Ф. Энгельса: «… И в лучшем случае государство есть зло, которое по наследству передается пролетариату, одержавшему победу в борьбе за классовое господство; победивший пролетариат… вынужден будет немедленно отсечь худшие стороны этого зла, до тех пор пока поколение, выросшее в новых, свободных общественных условиях, окажется в состоянии выкинуть вон весь этот хлам государственности».
Чистяков, похоже, не понял смысла этой фразы и потому продолжает:
«…Но почему паразитизм и отчуждение свойственны государственным служащим? Потому, что быт определяет сознание. Положение чиновника в обществе делает его таким, каким его лучше всего описали в русской и мировой классической литературе. Другим данный человек быть не может. Так его формирует среда обитания, или базис, основополагающее значение которого раскрыто К. Марксом».
Чистяков настаивает на том, что и в рабочем государстве, та кже, как и в буржуазном государстве обязательно «...паразитизм и отчуждение свойственны государственным служащим…потому, что быт определяет сознание». Он просто игнорирует при этом то, что общественная собственность на все средства производства и рабочая власть над производством создают не только принципиально новый базис, но и новый быт, которые не только позволяют «...немедленно отсечь худшие стороны этого зла…», но и создавать условия для отмирания остальных сторон этого временного зла - государства.
Вот что на самом деле у Ленина предшествует словам: «государство есть зло»:
«…Но перейдем к тому, как Энгельс… после Коммуны подытоживал ее уроки борющемуся пролетариату...
…Энгельс подчеркивает еще и еще раз, что не только в монархии, но и в демократической (буржуазной – К.) республике государство остается государством, т.е. сохраняет свою основную отличительную черту: превращать должностных лиц, "слуг общества", органы его в господ над ним.
Против этого, неизбежного во всех существовавших до сих пор государствах, превращения государства и органов государства из слуг общества в господ над обществом Коммуна применила два безошибочных средства. Во-первых, она назначала па все должности, по управлению, по суду, по народному просвещению, лиц, выбранных всеобщим избирательным правом, и притом ввела право отозвать этих выборных в любое время по решению их избирателей. А во-вторых, она платила всем должностным лицам, как высшим, так и низшим, лишь такую плату, которую получали другие рабочие…Таким образом была создана надежная помеха погоне за местечками и карьеризму… .
Ибо для уничтожения государства необходимо превращение функций государственной службы в такие простые операции контроля и учета, которые доступны, посильны громадному большинству населения, а затем и всему населению поголовно… Отдельно взятый, никакой демократизм не даст социализма, но в жизни демократизм никогда не будет "взят отдельно", а будет "взят вместе", оказывать свое влияние и на экономику, подталкивать ее преобразование, подвергаться влиянию экономического развития и т.д. Такова диалектика живой истории…»
Но Чистяков не понял и этого и потому продолжает:
«…Но что произойдёт, если государственные посты займут честнейшие, преданнейшие трудовому народу коммунисты? В данном случае разложение в их рядах наметится с самого начала… В.И. Ленин много раз говорил о сволочи, которая примазывается к правящей партии. Эти люди бьют себя кулаком в грудь, заявляют о том, что они верные ленинцы, а тайком запускают руку в государственный карман и пользуются в своих интересах государственным имуществом. Дальше больше. Пройдут годы, сменятся поколения и чиновники станут такими, какими их формируют условия жизни».
А ведь рабочая власть и общественная собственность рождают принципиально новый экономический базис и соответственно быт, при которых чиновники будут такими, какие нужны для обеспечения интересов рабочего класса.
Чистяков сам подтверждает это так:
«…Советский чиновник резко отличался от чиновников других формаций. Он имел сравнительно низкую зарплату…Над каждым из них, кроме одного, был начальник, который их контролировал. А находящийся на самом верху не мог в одиночку противостоять своему окружению и народу. Общегосударственная собственность на средства производства… сковывала их по рукам и ногам. Единый государственный банк как рентгеном просвечивал всю производственную и финансовую деятельность. А государственный план детально расписывал - откуда что получить и куда продукцию поставить…К тому же в СССР существовали крайне неприемлемые для любителей наживы законы…Практика показала, что с момента появления классов эта система оказалась самым эффективным заслоном на пути паразитизма…»
Но ведь откат из социализма в капитализм произошёл. И Чистяков настаивает, что главной причиной является «процесс перерождения парт.гос.номеклатуры»:
«…В подтверждении чего можно привести хотя бы следующий текст из доклада Владимира Ильича, сделанного им на съезде РКП(б) 19 марта 1919 г.:
«…Здесь перед нами задача, которую нельзя решить иначе, как длительным воспитанием. Сейчас эта задача для нас непомерно трудна, потому что, как мне не раз случалось указывать, слой рабочих, который управляет, непомерно, невероятно тонок.»
Поскольку эта фраза ничего не объясняет, заглянем в доклад Ленина:
«…Мы превосходно знаем, что значит культурная неразвитость России, что делает она с Советской властью, в принципе давшей неизмеримо более высокую пролетарскую демократию, давшей образец этой демократии для всего мира, - как эта некультурность принижает Советскую власть и воссоздает бюрократию…
Во всяком случае здесь для нас одно из главных препятствий к дальнейшему движению вперед. Нам надо сейчас же… поднять производительные силы...
Дальнейший вопрос… это - вопрос о бюрократизме и о вовлечении широких масс в советскую работу…Мы в борьбе с бюрократизмом сделали то, чего ни одно государство в мире не сделало. Тот аппарат, который насквозь был бюрократическим и угнетательским,… мы его уничтожили до основания… Этот старый бюрократический элемент мы разогнали, переворошили и затем начали снова ставить на новые места. Царистские бюрократы стали переходить в советские учреждения и проводить бюрократизм, перекрашиваться в коммунистов… Бороться с бюрократизмом до конца, до полной победы над ним можно лишь тогда, когда все население будет участвовать в управлении... Здесь перед нами задача, которую нельзя решить иначе, как длительным воспитанием. Сейчас эта задача для нас непомерно трудна, потому что, как мне не раз случалось указывать, слой рабочих, который управляет, непомерно, невероятно тонок… Бюрократия побеждена. Эксплуататоры устранены. Но культурный уровень не поднят, и поэтому бюрократы занимают старые места…»
Так что Ленин был полон уверенности, что не только «бюрократия побеждена, но и есть условия для её подавления и в дальнейшем. А для подъёма «культурного уровня», который зависит от уровня экономического базиса, Ленин призывал: «Нам надо сейчас же… поднять производительные силы».
Но Чистяков продолжает настаивать:
«…В. И. Ленин приложил огромные усилия для того, чтобы организовать власть, доступную для всех, делающую всё на глазах у масс. Но при его жизни этого сделать не удалось, и решение данного вопроса Ильич завещал следующим поколениям. Так можно понимать задачи, поставленные им в последних письмах и статьях...
В статье «О кооперации» … В. И. Ленин писал:
«Перед нами являются две главные задачи, составляющие эпоху. Это - задача переделки нашего аппарата, который ровно никуда не годится и который перенят нами целиком от прежней эпохи; переделать тут серьёзно мы ничего за пять лет борьбы не успели и не могли успеть. Вторая наша задача состоит в культурной работе для крестьян. …»
Завет Ильича о переделке старого государственного аппарата остался невыполненным.
Чистяков так и не понял, что Ленин имел в виду не советский государственный аппарат в целом, а всего лишь аппарат исполнения решений депутатов Советов.
Читаем статью Ленина «О кооперации»:
«… Несомненно, что кооперация в обстановке капиталистического государства является коллективным капиталистическим учреждением. Несомненно также, что в обстановке нашей теперешней экономической действительности, когда мы соединяем частнокапиталистические предприятия, - но не иначе, как на общественной земле, и не иначе, как под контролем государственной власти, принадлежащей рабочему классу, - с предприятиями последовательно-социалистического типа (и средства производства принадлежат государству, и земля, на которой стоит предприятие, и все предприятие в целом), то тут возникает вопрос еще о третьем виде предприятий…, именно: о предприятиях кооперативных…
... При нашем существующем строе предприятия кооперативные отличаются от предприятий частнокапиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются от предприятий социалистических, если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу…
Перед нами являются две главные задачи, составляющие эпоху…»
Где Чистяков увидел: «Завет Ильича о переделке старого государственного аппарата»?
То, что произошло буржуазное перерождение парт.гос.номеклатуры – это факт, но его причина не в том, что, якобы, как утверждает Чистяков: «…паразитизм и отчуждение - неотъемлемое свойство любого государства». Откат из социализма в капитализм явился следствием ошибок, допущенных партией из-за отступлений от закономерностей развития социализма в сторону коммунизма.
И Чистяков верно указал на одно из таких отступлений: «…И.В. Сталин упразднил фабрично–заводские комитеты. А согласно новой конституции выборы стали проводить по территориальному принципу. То есть власть оторвали от трудовых коллективов…Возможно, это дало какие-то временные преимущества, но в дальнейшем обернулось разложением парт. гос. номенклатуры и контрреволюцией».
Почему отказ от формирования органов рабочей власти в среде экономического базиса (производственных отношений) и переход к их формированию в среде общественной надстройки (общественных отношений) создал трещину в системе диктатуры рабочего класса? Потому, что рабочая сила людей является главной производительной силой в человеческом обществе. Эта сила (мозги и руки) создаёт орудия труда и добывает предметы пруда и, соединяя их в движении, образует основу для производства условий для жизни людей – производительные силы. А отношения между участниками производства (производственные отношения – экономический базис) создают отношения между людьми вне сферы производства (общественные отношения – политическую надстройку). Характер же как производственных, так и общественных отношений зависит от формы собственности на производительные силы. Производительные силы людьми развиваются и изменяются, а их изменение влечёт за собой сначала изменение базиса, а затем и надстройки. Тот класс людей, который владеет и распоряжается средствами производства, имеет возможность использовать производственные и общественные отношения, влиять на них в своих классовых интересах, и господствовать над остальными людьми экономически, и, как следствие, политически. Класс, овладевший экономическим базисом – экономикой, обладает реальной властью, обеспечивающей также его политическое господство.
И рабочий класс может иметь реальную власть, если он овладевает базисом, если строит свою экономическую и политическую власть, используя производственные отношения в своих интересах. Государство производственных Советов является не только одним из главных условий, обеспечивающих движение социализма в сторону коммунизма, но оно потенциально готово к отмиранию как государство и переходу в орган общественного самоуправления. А каково второе условие?
Капитализм – последняя фаза развития цивилизации частной собственности и товарно-денежных отношений потому, что его производительные силы переросли рамки капиталистических производственных отношений и требуют перехода к другой, принципиально новой цивилизации общественной собственности. А принципиальное отличие между ними в том, что: цивилизация частной собственности развивалась как эксплуататорское товарно-денежное производство в интересах обогащения господ-собственников; напротив, цивилизация общественной собственности является производством продуктов для удовлетворения потребностей ВСЕХ членов общества, а для создания такого производства необходимо изживание товарно-денежного производства.
Именно в этом направлении шло развитие экономики СССР до 1961 года, когда было принято решение о ликвидации социалистических (не товарных) предприятий – сельскохозяйственных машинно–тракторных станций и о превращении колхозов - предприятий групповой собственности - в обособленных товаропроизводителей. А это, вместо планомерного и последовательного сворачивания товарно-денежных отношений, которое осуществлялось при И.В. Сталине, привело к расширению этих отношений и частнособственнических тенденций. Началось движение в сторону капитализма.
«…Усиление частнособственнических тенденций подготовило экономическую реформу 1965 г., имевшую разрушительный характер для народного хозяйства. Ориентируя предприятия на объем реализации в рублях и прибыль, она стимулировала групповой эгоизм, материально заинтересовывала производителей выпускать возможно меньше продукции и как можно более дорогой, породила дефицит и инфляцию, усилила неэквивалентность отношений между городом и деревней, резко подняла удельный вес предметов роскоши и социально-вредных товаров в производимом фонде личного потребления населения. В условиях расцвета теневой экономики происходило буржуазное перерождение руководства партии и государства…» (Из программы РКРП).
Движение же социализма в сторону коммунизма требует ориентации предприятий на снижение издержек производства и выпуск всего спектра продукции, требующейся для развития экономики и удовлетворения потребностей трудящихся.
Развитие товарно-денежных отношений после 1965 года закономерно привело к 1985 году к «перестройке» - переходу к внедрению в полном объёме товарно-денежных рыночных (капиталистических) экономических и политических отношений. Переход этот завершился постановлением июньского (1987 года) Пленума ЦК КПСС «О задачах партии по коренной перестройке управления экономикой», которым в разделе «Перейти к новому экономическому механизму деятельности предприятий (объединений)» предусматривалось:
«1…В этих целях предприятие должно самостоятельно составлять и утверждать свои пятилетние и годовые планы…Исходными данными и основой для составления пятилетнего плана предприятия служат контрольные цифры, долговременные экономические нормативы, государственные заказы …В этих целях необходимо перейти от материально-технического снабжения предприятий по лимитам и фондам к обеспечению преимущественно через оптовую торговлю средствами производства, осуществляемую без фондов и лимитов путём свободного выбора партнёров хозяйственных связей…
2. Предприятие… должно нести полную экономическую ответственность за результаты своей деятельности, в прямую зависимость от них необходимо поставить уровень доходов коллектива. В этих целях перевести все предприятия на полный хозяйственный расчёт и самофинансирование…Должен действовать порядок, при котором государство не отвечает по обязательствам предприятия…»
Таким образом, в результате развития товарно-денежных отношений закономерно произошёл откат от социалистических (бестоварных) отношений и внедрение капиталистических товарно-денежных отношений.
Постановление подвело итог этого регрессивного развития: отменялось централизованное и научно обоснованное планирование экономики, предприятия становились независимыми и самостоятельными участниками стихийного товарно-денежного рынка. А это означало отказ от социализма и возврат к капитализму, означало, что КПСС перестала быть коммунистической партией, а СССР – социалистическим государством трудящихся. С 1988 года и КПСС, и СССР проводили целиком буржуазную политику реставрации капитализма.
То есть откат из социализма в капитализм произошёл из-за отказа от политики изживания капиталистических товарно-денежных отношений, в том числе от политики превращения коллективных предприятий – колхозов – в полностью социалистические по мере роста производительных сил социализма.
Чистяков, не понявший этого, продолжает спрашивать:
«…Но почему народ внятно не выразил своё отношение к происходящему? Почему подавляющее большинство предпочло быть зрителями и остаётся таковыми по сей день?
И пытается ответить на этот вопрос следующим образом:
«Потому, что социализм становится непобедимым и неприступным в стране с другим народом. В такой республике трудящиеся должны самостоятельно мыслить, владеть навыками управления государством, контролировать руководство, а при необходимости менять его, ощущать себя хозяевами в стране. Всенародный учёт и контроль в республике окончательно победившего социализма должен навсегда искоренить и похоронить паразитизм... В таких условиях контрреволюция теряет материальную базу для своего возникновения».
Но «страна с другим народом» не может возникнуть по волшебству сразу же после пролетарской революции, даже в самой развитой экономически капиталистической стране, потому что необходим длительный период для полного изживания наследия капитализма – товарно-денежных отношений, являющихся потенциальной почвой для возникновения носителей частнособственнических устремлений, стремящихся к личному обогащению и, как следствие, к реставрации капитализма - период упорной, последовательной хозяйственно-экономической, просветительской, организаторской, воспитательной работы – без колебаний и откатов, на твёрдой основе марксистско-ленинской теории.
К.И. Курмеев.
Пермская организация РКРП-КПСС.
Наш сайт: http://OBJECTIV.SU